Производство автомобилей в Турции сократилось, но отрасль рассчитывает на новый инвестиционный цикл
Производство автомобилей в Турции за первые семь месяцев текущего года сократилось на 8% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года, а экспорт в натуральном выражении упал на 14% — такие данные опубликовала Ассоциация автомобильной промышленности (OSD). Сокращение объясняют ослаблением выпуска легковых автомобилей и потерей рабочих дней, однако руководители отрасли связывают падение с переходным периодом, когда производители готовят конвейеры к выпуску новых моделей и расширению мощностей. Ожидается, что эффект от инвестиций проявится в последнем квартале и станет особенно заметен в следующем году.
Председатель OSD Ченгиз Эролду сообщил, что часть членов ассоциации в настоящее время переваривают производственные линии под новые модели и проекты расширения производственных мощностей. По его словам, при внедрении нового продукта на линию неизбежно приходится временно снижать темп выпуска, и связанные с этим потери производства являются нормальным следствием перехода к обновлениям.
Недавно свои инвестиции и запуск производства новых моделей в Турции объявили несколько компаний: корейский производитель начал серийный выпуск новой полностью электрической модели IONIQ 3 на заводе в провинции Коджаэли, а европейские бренды объявили о переносе или старте сборки легких коммерческих моделей в Турции в третьем квартале.
В числе причин падения производства Эролду также отметил сокращение примерно на пять–шесть рабочих дней в исследуемом периоде по сравнению с прошлым годом из‑за государственных праздников и административных отпусков. Данные OSD показывают, что суммарное производство в январе—июле составило 767 216 автомобилей, при этом выпуск легковых автомобилей упал на 19% до 424 667 единиц. Производство коммерческих транспортных средств выглядело более устойчивым и выросло на 9%. Внутри сегмента наблюдались разнонаправленные изменения: выпуск мидибасов вырос на 16%, лёгких грузовиков — на 15%, автобусов — на 8%, грузовиков — на 1%, а производство микроавтобусов снизилось на 9%.
Общий коэффициент использования мощностей отрасли составил 62%: для легковых автомобилей — 63%, автобусов и мидибасов — 69%, грузовиков — 57%, тракторов — всего 28%. Эролду подчеркнул значимость различий в динамике по категориям: падение сосредоточено прежде всего в сегменте легковых автомобилей, тогда как сегменты лёгких и тяжёлых коммерческих машин демонстрируют более позитивную динамику. Он также обратил внимание на резкое сокращение производства тракторов и более чем 50‑процентное сокращение внутреннего рынка тракторов, что требует особого внимания.
Несмотря на снижение объёмов производства, представитель OSD отметил, что новые инвестиции уже способствуют росту доли локально произведённых автомобилей на внутреннем рынке. Доля отечественного производства в сегменте легковых автомобилей выросла до 35% с 29% годом ранее: продажи локально произведённых легковушек увеличились на 4%, тогда как импортные поставки сократились на 19%. В сегменте лёгких коммерческих автомобилей продажи локально произведённой техники выросли на 13%, доведя её долю до 23%, при одновременном снижении импортных продаж на 9%. Эролду назвал рост внутренней доли ранним признаком эффекта инвестиционных проектов и прогнозирует более выраженное влияние по мере наращивания серийного выпуска новых моделей.
Экспорт в штуках сократился на 14% до 542 401 автомобиля за семь месяцев; на экспорт пришлось около 71% общего производства. Экспорт легковых автомобилей упал на 29% до 255 679 штук, тогда как экспорт коммерческой техники вырос на 8%, а экспорт тракторов — на 20% до 7 792 единиц. При этом экспортная выручка оставалась устойчивой: по данным Ассамблеи экспортеров Турции, общий доход от автомобильного экспорта в долларовом выражении увеличился примерно на 2–2,6% и составил около 24 миллиардов долларов. Ассоциация экспортеров автомобильной промышленности региона Улудаг зафиксировала сокращение выручки от экспорта легковых автомобилей на 9% до 6,3 миллиарда долларов, в то время как выручка от экспорта основных производителей выросла на 0,1%, а поставщиков — на 4,5%.
Автомобильная отрасль по‑прежнему остаётся ведущим экспортным сектором Турции, обеспечивая около 17% общего экспорта страны. Внутренний рынок автомобилей сократился: общий объём продаж за семь месяцев упал на 11% до 661 249 автомобилей. Продажи легковых автомобилей снизились на 12% до 502 712 единиц, рынок коммерческих транспортных средств сократился на 5%. В сегменте тяжёлой коммерческой техники продажи упали на 8%, тогда как продажи автобусов выросли на 23%, мидибасов — на 14%.
Эролду отметил, что несмотря на сезонное сокращение, показатели рынка остаются существенно выше долгосрочных средних: по сравнению со средним за последние десять лет общий рынок на 31% превышает средний уровень, рынок легковых автомобилей — на 32%, рынок лёгкой коммерческой техники — на 30%, а рынок тяжёлой коммерческой техники — на 22%.
На перспективу Эролду указал, что для дальнейшего развития критически важны динамика внутреннего спроса, конъюнктура и конкуренция на рынке Европы и массовый ввод новых моделей. Он ожидает, что годовое производство и экспорт останутся несколько ниже уровней предыдущего года, но будут относительно близки к показателям последнего периода. В планах на будущий период отрасль сфокусируется на поддержке внутреннего спроса, мировой конъюнктуре, конкуренции со стороны Китая, давлении на себестоимость, проблеме избыточных мощностей и влиянии предложенного Европейским союзом законопроекта по ускорению индустриального развития (IAA).
Европа остаётся ключевым рынком — около 70% турецкого автомобильного экспорта направляется туда, поэтому исход переговоров по IAA особенно важен для местных производителей и поставщиков. Эролду подчеркнул глубокую интеграцию турецкой автомобильной промышленности с европейскими производственными, инвестиционными и цепочками поставок и высказался за то, чтобы Турция рассматривалась в рамках европейского контекста как партнёр таможенного союза и неотъемлемая часть европейской автомобильной ценовой цепочки, включая и автопроизводителей, и поставщиков. Также он отметил, что ключевыми факторами конкурентоспособности станут снижение ценового давления, вызванного разрывом между обменными курсами и инфляцией, улучшение доступа экспортеров к финансированию и сохранение предсказуемости инвестиционной среды.